Category: происшествия

Category was added automatically. Read all entries about "происшествия".

Я к вам пришёл совсем не веселиться. Пожар, пожар пригнал меня сюда (ц. перевр)

Давненько не брал я ноги в руки.
Сегодня мы почти эвакуировались. В смысле, уже приготовились. Собирались мы, правда, не как приличные люди на пожар, а скорей, как пижоны на курорт на взморье или в круиз: медленно, обильно, вдумчиво и обстоятельно загружая чемоданы. Бывалые беглецы-погорельцы (если такое ветеранство существует) долго бы над нами смеялись.
Но до нашего района Нэве-Шеанан так и не дошло. Зато моя мама, живущая на Ромеме, в микбацей-диюр (типа малосемейного общежития для пенсионеров, если кто не в теме, есть такой вид социального жилья) - та проучаствовала в наших последних событиях очень непосредственно. Когда недалеко от них загорелось, им сказали покинуть здание. Тех, кто сам не мог, выводили-выносили.
И стали они ждать автобуса. Тут моя мама вспомнила, что забыла очки, и вернулась в свою квартирку. Взяла очки и заодно выглянула в окно - узнать, чисто для общего развития, что там за треск такой странный на улице. И увидела, что горит дерево прямо за окном. Увиденное ей не поглянулось совершенно, и она как могла быстро, но с достоинством удалилась от очага возгорания к выходу. Но возле выхода из здания тоже были деревья, они трещали не хуже других и рассыпали искры... В общем, барух а-шем, она уехала на автобусе на Кармель. Там (на Кармеле) всех высадили, она мне позвонила, и я стала вызывать такси. Но не вызвала. Ни один таксист не вызвался ехать - ни через деспетчера на станции, ни те, чьи мобильные номера водители мне сами же и давали во время предыдущих поездок, чтоб я обращалась прямо к ним, "если что". Сегодня было, видимо, не то "есличто", и моё обращение их ничуть не порадовало.
Я обзвонила шесть станций! И ещё три личных номера водителей. Не обломилось мне ни одно такси. И автобусов нет. А у мамы там давление поднимается, и сидит она с вещами одна на улице. В общем, позвонила я Жене Гангаеву с Рахелью. И они немедленно откликнулись, забрали на машине маму к себе (к нам им оттуда проходу не было), покормили, уложили отдохнуть, смерили давление и всячески обиходили. Нет у меня слов, но я ищу.

Весь день то мне звонят, то я кому-то звоню, эдакая горячая (хи-хи) перекличка. Пламенная, можно сказать.
А если без кривлянья - спасибо всем друзьям, кто позвонил, чтоб позвать, пригласить и было такое, что даже спросили, не надо ли приехать нас эвакуировать. Вы замечательные, у меня вообще друзья лучше, чем я объективно заслуживаю, и не надо меня быстренько разуверять и опровергать, потому что это не кокетство, а выношенное и переношенное в течение всего сегодняшнего дня мнение).
Шулька с утра была у парикмахерши на Яд ле-баним, Исраэль - в универе, а Боря - сперва на работе, а потом - у своего отца, которого (отца) положили в больницу Кармель (самое время подлечиться, учитывая, что прямо возле больницы было очередное возгорание). Возгорание закончилось, слава-слава-слава, и все дОма, включая нашу бабушку-погорельца (которая дома у нас, ясное дело). Ей почти ничего не удалось захватить с собой, но пусть это будет последним нашим испытанием. Насколько пострадал её дом на Ромеме, мы не знаем, приближаться пока не велят - очень дымно и всё равно нет электричества, темно.
Да фиг с ним, с домом и электричеством, гори оно огнём (правда, не смешно?)Хорошо, когда все дома. Остальное как-то само собой наладится.

Я уже пополам складываюсь от бесплодных усилий, пытаясь проследить, где опять вспыхнуло, и пытаясь вызвонить то одного кого-то из друзей и знакомых, то другого, чтоб узнать, как они там и что. Говорят, и в Кармиэле горит, и где-то на подступах к Иерусалиму, и в Модиине. Кому не трудно, пометьте этот мой пост своим комментом: "я в порядке, от меня далеко". Или какую-нибудь неуместную глупость типа "ку-ку, Кларисска-душечка". (Это, конечно, просто к примеру - в смысле, что всё равно - что).

Всё будет в порядке, только лучше б поскорее.

А Хайфу жаль до слёз. Такой изобильно, щедро зелёный, в кудрявых террасах южный приморский город. Завтра он будет выглядеть совсем иначе. Руины и горелые стволы. Больно смотреть, отворачиваюсь от экрана. Но все живы - и это главное. Добрых нам всем новостей и мирной субботы.

ДИКИЕ АНГЛИЧАНЕ И ЖОВИАЛЬНЫЕ ДИВЕРСАНТЫ

Итак, о недоразумениях, весёлых и страшных. В продолжение ледовой саги, которая северная повесть.

http://rivka-doron.livejournal.com/2015/05/26/
http://rivka-doron.livejournal.com/154619.html

Циммер "Галила" был таким длинным строением о двух этажах, с открытыми верандами на первом, разделённым на типа двухкомнатные квартирки. А вокруг - сад, как водится, так что на веранды бесцеремонно заглядывали ветки деревьев и степенно бродило разветвлённое кошачье семейство, давно перешедшее в разряд небольшого, но дружного племени.
Если вы думаете, что усталые взрослые отправились спать, а дети начали беситься и бегать по саду, то вы слишком стандартно мыслите. Вообще-то, почти всё так и было, только если знаки поменять.
Collapse )

Гонки, контрабанда, задержание - и гвалт в кошерном дворце. (Ни одной придуманной подробности).

"Жена мужа в Париж провожала. Насушила ему сухарей"...
Не в Париж. И не одного только мужа. В Париж и одного - это я бы нормально провожала. Я в командировки на Гонконг,в Китай и в Америку так его и провожала - нормально. Старательно, хоть и без сухаресушения.
Но эта его идея была безумная, опасная и совершенно абсурдная. Collapse )

Очень серьёзный апдейт!
Ой, тут я получила письмо с места происшествия. Не из того города конкретно, но из той страны. И всё стало загадочно.
Окаывается, швейцарская полиция не задерживает за превышение скорости - наказывает на дому, то есть присылает штрафные квитанции. То есть - этого всего быть не могло. Но в полиции они были, всем экипажем, это точно. (И двенадцатого точно не нашли).
Что это было? Высказано предположение, что там была авария, поэтому приехала полиция. Но зачем задержали тех, кто -хас вэ-шалом! - в аварию не попадал? Или что-то третье, никому не известное?
Или просто "подробная, тшательно наведённая галлюцинация"? Но на Борю фиг наведёшь подробную галлюцинацию.
В общем, не имею понятия - я же ничего не придумывала. Если бы придумала из головы - точно бы знала, что от чего.
Страшно интересно, за что их на самом деле тогда задержали. Вдруг это ещё более занятно, чем мы себе представляем?
И ещё - не удивляйтесь пропускам и точкам на месте некоторых слов. Это я перестаралась. Мне объяснили, что упоминать фамилии реальных людей - это опасно. Поэтому я не только стёрла имя хозяина гостиницы, но и навание города: в таком городке это единственный кошерный дворец, как можно догадаться. А так и на хозяина можно выйти. Так что - меры безопасности, извините. Ищите дворец сами - через туристические агенства.

Тёмной ночью на севере...

Сегодня ночью, где-то в час, начался вой сирены. Истошный, однотонный - как полагается. Но какой-то всё же при этом нездоровый: прерывистый, давящийся, хрипнущий и опять взвывающий этим самим матом... благим!
Ничего странней не слышала. Истеричная и чахоточная, но ещё полная жизненных сил сирена.
Я повела себя по принцпипу: "Нешто разве азака испугает казака?"
Боря сидел перед компьютером (телевизор я сегодня сломала усилием разошедшейся психики, потом расскажу) и вникал в новости.
Дети быстренько, как пионеры по звуку горна, оделись и выполнили "выходи строиться" - в салоне. Чтоб рядами и колоннами идти в подвал, в убежище.
Я полезла за ключом от подвала, но выразила сомнение, что эта азака - настоящая. "Это - азака, которая вышла из строя, она плохо работает, но это точно азака",- сурово объявил Исраэль.
Она затихала на несколько минут, в течение которых мы успевали поспорить. Я: "Кто-то дурака валяет", Боря: "Вот - в интернете никаких сообщений", а дети: "Мама, папа, пойдёмте в подвал" или: "Надо позвонить в Службу тыла".
Потом она опять взвывала с новыми силами, а мы сердито смотрели друг на друга. ("Не позорьтесь, куда вы звонить собрались, в интернете ничего нет", "Я позвоню", "Пойдёмте в подвал", "Это кто-то хулиганит", "О чём вы только думаете? Слышите: опять!")
Боря время от времени под всё это дело, не отрываясь от экрана, делился новостями: "Одному бразильцу в постель свалилась корова; как-то забралась на крышу и проломила крышу и потолок, и он умер. А про ракетный обстрел -никаких срочных сообщений". Потом: "Одна эстонка вывалилась из корзины воздушного шара, а об атаке ничего нет". Когда я возмущалась, он говорил: "Я же не виноват: такие новости".
Посреди всей это бестолочи мы ещё прислушались: не бегут ли соседи в подвал и что на улице. Всё было тихо. Служба тыла не отвечала. А сирена вопила, давилась и затыкалась.
После некоторого колебания я всё-таки позвонила в полицию. Мне любезно и приветливо ответили: "Шалом, гвэрэт, чем мы можем помочь?" Но когда я сказала: "Мы живём в Неве-Шеанан", его тон сделался тут же усталым и сдержанно-раздражённым. "Да, гвэрэт, - сказал он, - Беня знает за погром мы в курсе, что у вас - сирена, потерпите, мы уже этим занимаемся, и спасибо, что позвонили",- И тут же бросил трубку, с неприличной поспешностью.
То есть, пока мы спорили, нужно ли звонить-выяснять, и слушали обрывки воя и обрывки диктора Бори, читающего развесёлые новости, в полицию успели позвонить (судя по тону достанного стража порядка) человек триста.
Ну, эта дура ещё реванула десяток-другой разочков. А Боря успел настигнуть нас последней новстью: "ШАСовский рав сказал, что "вязаные кипы" - это Амалек". Дети зашлись со смеху и сказали: "Ну вот, они на наш район и пошли войной, вот и сирена. Это ШАС трубит".
А я им говорю: "идите спать". А они: "Да ну, кто же уснёт: воет же". Я: "Ну это скоро закончится, вам же сказали: "мы этим занимаемся". А Боря: "Да-да, мы этим занимаемся: бомбим Сирию".
Такая острота. Но им и такая сошла за смех: опять зашлись, истошно, прерывисто, как та сирена. Я говорю: "с меня хватит". И тут сирена затихла уже насовсем. Стоило мне объявить: "С меня хватит".
Это вызвало новый приступ, менее продолжительный (у них, не у сирены). Ржали, как кони. А время близилось к двум.
В общем, я надеюсь, что если кто-то и вправду дурака валял, то его поймали. Арестовали. Велели паспорт показать. И оштрафовали всерьёз и надолго. Тыщ на сто сорок.

Весело живём. Зато коровы на нас с неба не падают. И эстонки с корзины воздушного шара. Ракеты - оно как-то привычней.

(no subject)

Один папа и одна мама любили нетраивильные имена. Свою новорождённую дочку они назвали красивым (и уж точно штучным) оперным именем Травиата.
Их знакомые очень веселились, объясняя творческим родителям, что ту, чья трагедия тронула их сердца, звали Виолеттой. А "травиата" - это всего лишь слово, обозначающее её род занятий, что само по себе не страшно, наверное, но не к лицу барышне. Как отреагировали несчастные жертвы занимательной ономастики - мне неведомо. Но я запросто могу придумать несколько вариантов

ВЗАИМОДЕЙСТВИЕ С ОПОРОЙ

Завтра - Пэсах.
А сегодня (не для сравнения, конечно) - день рождения очень некогда знаменитого человека. Еврея. Представителя очень необычной профессии и очень привычного для нас занятия. То есть я хочу сказать, что занимались мы этим всегда, но профессией это сделал он один.
Авраам уцелел, когда его бросили в огненную печь в Ур-Касдим.
Моше спасся из корзинки, опущенной в Нил.
Йосэф оставлся жив и здоров в пустом колодце, полном скорпионов и змей.
Даниэль вышел без вреда для себя из ямы со львами.
А чем таким мы всем обществом занимались в самый первый Пэсах посреди Красного моря?

Можно продолжать и продолжать. И про отдельные личности, и про народ в целом...
Но - все упомянутые вынуждены были этим заниматься. Они были ВЫЖИВАТЕЛЯМИ поневоле, эскепистами, поставленными в такие условия, когда надо было либо удостоиться чуда, либо совершить его по вдохновению, посланному свыше... либо погибнуть, не про нас будь сказано. Никто сам себе этой смертельной опасности не организовывал и намеренно своего умения выживать не демонстрировал. Кроме него.

Collapse )

ХАГ САМЭАХ!

Да, забыла добавить: стихи - не мои, это - песня бвышего днепропетровского автора Олега Йохведсона.)

НАИВНО ГЛЯДЯ НА ПЛАКАТ

Скажите, что означает этот плакат: "Мы все - Моше Сильман"?
Что мы все стеснены в средствах?
Что мы все нездоровы?
Ну, всё-таки... в разной же степени? Не все же одинаково?

Или что мы все горим?
Почему нельзя помогать и сострадать, не примазываясь?

(Да, Галич писал в память о Корчаке: "Я в том же горю пожаре...", но ведь... ладно, не сравнивая даже ситуацию, ведь - в том же..." "Я", а не мы все, как один. Эмпатия не ходит строем!

Я никогда не была человеком, неспособным к состраданию. Но при всем моём искреннем сочувствии мне кажется, что я - нет. Не Моше я Сильман. И тот, кто писал плакат, - он тоже нет.
Я не могу быть Моше Сильман. И не очень хочу, простите мне мой чёрствый индивидуализм. И тот, кто писал, - не хочет.
Зачем тогда с плакатом бегать?
Не люблю симулянтов.

И почему: "Мы все", а не хотя бы "Каждый из нас"? То есть, мы все - один большой... Это что - наш всеизраильский составной коллективный портрет? Каждый - частичка, кусочек пазеля, винтик и колёсико, из которых собирается единый цельный... Ой, мамочки. Вычеркните меня, если можно.

Пусть хотя бы звучит так: "Мы все, кроме... - ..."

 

(no subject)

"В мире есть острова одиночества мысли.
Смелым будь и не бойся на них отдыхать.
Там угрюмые скалы над морем нависли -
Можно думать и камешки в воду бросать".
(Саша Чёрный).

Смелым ему будь, не больше не меньше... Смелой-то я буду. И отдохну там с удовольствием, над морем нависшая, с камнями в руках... до моря я их всё равно не доброшу. Вернее, в море не попаду, промахнусь мимо моря либо в какое-то другое море попаду - такой уж из меня метатель. Отдохну, говорю, с удовольствием, ото всего и ото всех, проведу чудные полчаса - и обратно. Ссориться, беспокоиться за близких, бояться землетрясения, болтать с друзьями... Жаловаться на нечеловеческую жару и всё прочее. И - главное - разделять мои неодинокие мысли с такими же, как я.
А вот вы - сколько бы там выдержали?